— Все было очень интересно, открылся космос, новый мир. Немного сложно было проглотить объем информации. Меня выручал дневник, куда я записывал все, что считал ценным. Это очень помогло при заучивании теоретической яхтенной части. Через три года я уже сдал нормативы на кандидата в мастера, как раз перед армией. Мы гонялись в 470-м классе (пластиковый глиссирующий швертбот-двойка с трапецией; автор проекта французский конструктор Андре Корню (1963). — Прим. ред.).
— Я погрузился в парусный спорт не в детстве — мне было около тридцати пяти. Это самый благоприятный возраст для взрослых в яхтинге, по моему мнению. Я был свободен в принятии выбора в пользу жизни под парусами — увлекся яхтингом, пока получал права на моторное судно. В тот момент школа предложила пройти практику в Хорватии на парусной лодке и после закрепить результаты на моторной. Получилась такая учебная мини-регата в количестве пяти бортов. Это перевернуло мои представления об отдыхе на воде — понял, что мне нужен парус.
— Найти наставника и проводника, к которому будет определенная квота доверия. «У меня слишком много рабочих задач, высокая нагрузка в семье, чтобы мне найти время на обучение яхтингу», — говорит мечтающий о парусах. Но при этом у него находятся часы на просмотр сериалов, компьютерные игры, ленту в соцсетях. Выкройте неделю, сбросьте шелуху бытовухи и научитесь тому, о чем давно мечтали, — хождению под парусами.
— Если прямо, сначала я начал заниматься парусным спортом, а потом инженером стал. Все случилось в Липецке, где металлургический комбинат построил на реке лодочную станцию. Я стал ходить на водную станцию как на работу. Летом к семи утра я был на берегу, ребята меня покатают на швертботах. В девять приходил тренер — он мне пинка под зад и за ворота. Зимой мы ремонтировали лодки — красили, шкурили, покрывали олифой. Тренер все меня гонял с базы — эта борьба продолжалась полтора года. Вот так меня тренер зацепил за мое упрямство. Потом один мальчишка ушел из секции, мне отдали его лодку: «На, ходи — все равно от тебя не избавиться». А лодочка старая, гнилая — даже ремонтировать невозможно. Чудесным случаем к нам пришла новая яхта, и Валерий Васильевич отдал ее мне. Я сразу стал выигрывать у товарищей в гонках. Тренер спрашивает: «Как так — ты же до этого не занимался!». Я ему в ответ: «Я уже полтора года у вас занимаюсь». Так меня тренер и принял.
— Знаете, меня никогда не писали тренером, хотя я с ребятами из нашей сборной занимался. В Пекине был главным тренером на Олимпийских играх. Меня называли «наш друг». Я добряк, а где добро, где тебя любят, туда и притягивает людей.